Беженцы в Турции

Убежище в Турции

Турция привлекает мигрантов не только относительно высокими по сравнению со странами третьего мира зарплатами и хорошо развитой инфраструктурой, но и сравнительно мягким климатом и живописными пейзажами. Однако в последнее время после массового приезда сирийских беженцев, спасающихся от войны на родине, получить убежище в одном из самых европейских государств исламского мира весьма затруднительно. Рассмотрим, как это осуществить на практике.

ваша страна проживания участвует в международном военном конфликте или на ее территории разгорелась гражданская война;

на вашей родине произошел некий природный катаклизм или природное бедствие (цунами, наводнения, ураганы, извержения вулканов и т. д.);

вы подвергаетесь преследованиям, физическому или психологическому насилию со стороны соотечественников, а также давлению со стороны государственных органов по причине своей расовой или национальной принадлежности, вероисповедания, политических взглядов, общественной деятельности или определенного социального статуса.

В отличие от большинства стран ЕС, турецкое правительство не ратифицировало дополнительный Протокол 1967 года, поэтому граждане стран, не входящих в Совет Европы, не могут претендовать на предоставление убежища на территории страны и получение статуса беженца на постоянной основе. Заявители из последней категории могут оставаться в Турции не дольше, чем будет принято решение по их делу в Управлении Верховного комиссара ООН по делам беженцев – и не факт, что их не отправят в качестве беженцев в третью страну.

1. Регистрационное интервью. Сотрудник Миграционного управления беседует с вами и детально расспрашивает о причинах вашего приезда. В ваших интересах – максимально подробно описать ситуацию и маршрут путешествия: если Турция не является первой страной, в которой вы побывали после выезда с родины, вам предложат обратиться с ходатайством об убежище в это транзитное государство. Затем аппликант заполняет соответствующую анкету, сдает отпечатки пальцев и фотографируется: это необходимо для оформления удостоверения беженца. Также следует предоставить в миграционную службу следующие документы:

паспорт страны проживания (плюс копия);

4 фото размера 30х40 мм;

документы, подтверждающие вашу благонадежность (сведения о доме, семейном положении, образовании, карьере) и факты преследований на родине (газетные вырезки, полицейские и судебные протоколы, фото- и видеоматериалы).

2. Выдача удостоверения лица, нуждающегося в международной защите. Обычно оно готово в течение 15 суток после вашего обращения в компетентные органы. С этим документом вы имеете право проживать в том населенном пункте, где вы подали прошение о предоставлении убежища. Переезд категорически запрещается. Минимум 1 раз в две недели вы должны обязательно появляться в миграционном департаменте, где у заявителя проверяют действительность удостоверения, а также каждый раз подтверждают биометрические данные.

3. Получение временного вида на жительство. Согласно законодательству, это происходит через 6 месяцев после подачи заявления. Далее аппликант ожидает от миграционных органов приглашения на генеральное интервью: этот период может длиться до полугода и больше. Однако в этом статусе вы имеете право выезжать из пункта проживания, получать социальную помощь, устраиваться на работу или поступать в учебное заведение, открывать банковские счета и оформлять страховки.

4. Получение постоянного вида на жительство. Оно возможно только после всестороннего рассмотрения заявления о предоставлении убежища и длительного собеседования, в ходе которого вы обязаны предоставить все необходимые доказательства дискриминации, гонений и угрозы для жизни и здоровья в стране проживания. Решение высылается по почте, а в случае отказа в удовлетворении ходатайства вы имеете право обратиться с апелляцией в городской суд. Постоянный ВНЖ действителен в течение года, затем его можно еще 2 раза продлить – каждый раз на 2 года, а после этого инициировать процедуру получения гражданства Турции. В этот период аппликанту запрещено участвовать в избирательных компаниях и занимать государственные посты.

В свете ситуации последних лет риск отказа в ходатайстве о предоставлении статуса беженца в Турции достаточно высок. Свести его к минимуму легко – просто приходите в компанию «Второй Паспорт». Мы постоянно следим за изменениями в турецком законодательстве и имеем большой опыт подготовки пакета документов для подачи в миграционный отдел. Обратившись к нам, вы сможете быстро и безболезненно преодолеть все бюрократические «рифы» и стать гражданином Турции – страны теплого моря, великолепных гор и высокого уровня жизни.

Комментарий: Соглашение по беженцам между Турцией и ЕС не работает

Соглашение между ЕС и Турцией было призвано предотвратить наплыв беженцев, переправлявшихся по морю в Грецию. Но ключевые моменты сделки не выполняются, считает Бернд Ригерт.

Лагерь для беженцев Мориа в огне. 29 сентября, 2019

Любой, кто вдруг возмутится условиями в лагере беженцев Мориа на греческом острове Лесбос, окажется либо невеждой, либо лицемером. Ведь ситуация, в которой оказались беженцы на островах в Эгейском море, становилась невыносимой постепенно. Европейские политики, греческое правительство, да и многие из нас старались смотреть в другую сторону. Говорилось о том, что «сделка» между Турцией и ЕС, призванная предотвратить наплыв переправлявшихся по морю мигрантов, оказалась успешной. Количество тех, кто прибывал на греческие острова на надувных лодках, резко сократилось. Соглашение, заключенное в марте 2016 года, работало — первоначально. Число беженцев, стремящихся попасть в Центральную Европу по «балканскому маршруту», иссякало.

Однако же все эти утверждения больше не соответствуют действительности, поскольку ключевые моменты принятых в то время политических решений либо выполнялись ненадлежащим образом, либо вовсе не выполнялись. Результатом стало насилие и страдание в греческих лагерях беженцев и паралич европейской миграционной политики. Подобное развитие событий можно было предсказать. Уже в апреле 2016 года, когда папа римский Франциск посетил лагерь беженцев и был шокирован увиденным там, стало ясно, что система, ставшая основой для сделки по беженцам, трещит по швам.

Лагеря для беженцев: Греция не справляется с задачей

Греческие власти никогда не могли и по-прежнему не могут надлежащим образом организовывать лагеря для беженцев и управлять ими. Хотя ЕС и предоставил Греции финансовую поддержку, и направил туда своих сотрудников, ни Европейское бюро поддержки миграционных процессов (EASO), ни Европейская служба пограничной и береговой охраны Frontex не смогли оказать долговременную помощь.

Процедуры предоставления убежища на греческих островах, которые беженцам не разрешается покидать с момента заключения соглашения между ЕС и Турцией, в теории должны быть завершены через несколько дней или максимум недель. На практике же они занимают много месяцев, а то и лет. У беженца, который прибудет на Лесбос сегодня, первое слушание дела в греческом ведомстве по вопросам предоставления убежища состоится весной 2021 года. Проблему не решает даже увеличение числа персонала за счет сотрудников из других стран Евросоюза — шаг, на который Брюссель возлагал большие надежды.

Возвращение беженцев из Греции в Турцию: схема не работает

Соглашение ЕС с Анкарой предусматривает, что просители, которым было отказано в предоставлении убежища — а таких большинство — будут возвращены в Турцию. В действительности, в соответствии со статистическими данными Еврокомиссии, до сегодняшнего дня в Турцию были высланы лишь 2200 человек. Чья вина в том, что ключевой элемент соглашения не выполняется, — Турции или Греции? Сложно сказать.

В обмен на каждого мигранта, которому отказали в убежище и который был направлен в Турцию, ЕС обещал принять беженца из Сирии. Планировалось, что общее их число составит 72 тысячи. На сегодняшний день по этой квоте из Турции в страны Евросоюза прибыли менее 25 тысяч мигрантов. При том, что в Турции находятся 3,6 млн беженцев, — это капля в море.

Из Греции в Турцию возвращается минимальное число беженцев

Государства — члены ЕС до сегодняшнего дня не смогли договориться об обязательном для исполнения принципе распределения беженцев. Некоторые страны, среди которых не только Польша или Венгрия, но и Ирландия, Великобритания или Дания, отказываются принимать беженцев из Турции. Большинство мигрантов — 8 596 человек — приняла Германия. Так что вполне понятно, почему Анкара упрекает ЕС в том, что обещание снять с Турции нагрузку было выполнено лишь в незначительной степени.

Всякий раз, когда количество беженцев на греческих островах достигает критического уровня и местные туристические компании начинают жаловаться на ущерб бизнесу, правительство в Афинах позволяет отправить на материковую часть Греции несколько тысяч мигрантов. Приехав туда, люди снова попадают в плохо оборудованные лагеря, и либо продолжают ждать, пока не будет рассмотрено их прошение, либо с помощью контрабандистов отправляются дальше по «балканскому маршруту». Через Боснию и Герцеговину или Словению они идут в направлении Центральной Европы и бесследно исчезают или там, или где-то по пути.

Поток мигрантов вновь растет

Конечно, пока что эти цифры нельзя сравнить с 2015-2016 годами — периодом, когда сотни тысяч мигрантов прибывали в Грецию и направлялись дальше вглубь Европы. Но в последние месяцы количество тех, кто осмеливается пересечь границу Греции с Турцией, снова начало расти. Бывают дни, когда в лагеря — и без того переполненные — приезжают сотни человек. Бежавших из Сирии среди них не так уж и много: на данный момент в основном прибывают беженцы из Афганистана, о которых в соглашении между Турцией и ЕС речь не шла.

Турция уже долгое время обвиняет Евросоюз в том, что он не выполняет свою часть соглашения. Отчасти она, вероятно, права. Переговоры о безвизовом режиме для турок в ЕС зашли в тупик. Переговоры о присоединении Турции к ЕС больше не ведутся. Не могут сдвинуться с мертвой точки и переговоры о реформе Таможенного союза с Турцией. Но больше всего турецкое правительство раздражено тем, что обещанные до 2022 года шесть миллиардов евро, предусмотренные на помощь беженцам, по мнению Анкары, выплачиваются слишком медленно.

ЕС отрицает эти обвинения. На сегодняшний день выплачено 2,4 млрд евро. Чтобы ускорить выплаты, в будущем деньги будут перечисляться напрямую государству. До сих пор эти суммы выплачивались различным гуманитарным организациям — тем самым ЕС хотел гарантировать, что деньги действительно пойдут на помощь беженцам.

Сирийские беженцы переполняют Турцию

Проблема сирийских беженцев в Турции становится общемировой заботой. Лагеря временного размещения в приграничных турецких провинциях Хатай и Килис переполнены, а люди все продолжают прибывать. Сейчас в соседнем государстве уже нашли приют 74 тыс. человек. По крайней мере, столько зарегистрировано, но не исключено, что в реальности их больше 80 тыс. Еще 9 тыс. ждут на границе, пока будут возведены новые лагеря, чтобы было где их разместить. Между тем турецкие власти изначально не планировали принять более 100 тыс. сирийцев.

— Мы ищем возможность привлечь ООН, чтобы справиться с проблемой беженцев, — заявил министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу.

Он пообещал также поднять этот вопрос 30 августа, во время встречи министров иностранных дел стран, входящих в Совбез ООН. Заседание будет посвящено гуманитарному аспекту войны в Сирии.

Турция, по словам Давутоглу, примет и больше 100 тыс. беженцев. Однако для этого ей нужна гуманитарная помощь. В планах властей возвести еще пять лагерей для сирийцев в провинциях Газиантеп и Хатай в дополнение к девяти существующим.

— Этот груз не может ложиться только на плечи соседних с Сирией стран, как то Турция, Иордания, Ливан, Ирак, — заявил глава турецкого МИДа. — Международное сообщество должно разделить эту ношу.

По сведениям агентства ООН по делам беженцев, если конфликт продолжится, на турецкой территории может оказаться более 200 тыс. сирийцев.

Согласно информации турецкого правительства, расходы по приему беженцев составят порядка $300 млн.

Между тем пребывание такого количества неустроенных и лишившихся всего имущества людей оказалось сопряжено для Турции с целым рядом проблем. В первую очередь это касается населения, оказавшегося рядом с временными лагерями.

Как оказалось, турецкие власти не в состоянии полностью контролировать такие временные поселения. Находящиеся там сирийцы различными путями выбираются из-за загородки и идут осваивать новые места. Как жалуются жители Хатая, длиннобородые мужчины непривычного для тамошних мест вида периодически отказываются платить в магазинах, а также «совершают акты вандализма». Беженцы забираются на балконы домов, заглядывают в квартиры. Местные жители обращаются в полицию, но та бессильна что-то сделать, поскольку найти хулиганов среди массы сирийцев практически невозможно.

В том, что такие проблемы начнутся, многие были уверены еще в начале лета. Уже тогда в приграничных Сирии турецких городах стали появляться семьи беженцев, и это сопровождалось проблемами. «Им надо выживать, вот они и делают что могут, — рассказывал «Известиям» житель города Шанлыурфа в июне этого года. — Воруют на рынках, продают 12–15-летних девочек «в жены» местным жителям. Женщины просто занимаются проституцией за еду».

Ситуацией воспользовалась турецкая оппозиция. Так, лидер Республиканской народной партии Кемаль Кылычдароглу подозревает власти в том, что в самих лагерях беженцев готовят террористов.

— В соседнюю страну бежало много сторонников Асада, — говорит представитель оппозиционного Сирийского национального совета в Турции Халед Ходжа. — Власти не в состоянии отличить проасадовских людей от оппозиции. Поэтому сейчас в лагерях находятся не только простые люди, но и представители асадовских спецслужб.

Недовольство сирийцами растет не только в приграничных районах. Стамбульцы, например, недовольны тем, что сирийцы заполонили район Аксарай в центре города.

Сирийских беженцев изгоняют из Стамбула, а иногда и из страны

Власти Турции приступили к решению одной из самых чувствительных для страны проблем — избытка беженцев из Сирии. Учитывая, что больше всего сирийцев нашли пристанище в Стамбуле, МВД намерено до 30 октября выселить из города всех беженцев, зарегистрированных в других провинциях. При этом СМИ сообщают о случаях насильственного выдворения сирийцев на родину. Собеседник “Ъ”, сам беженец из Сирии, проживающий в Стамбуле, подтвердил эту информацию. По мнению экспертов, набирающая обороты кампания показывает, что в Турции идея об «исламском братстве» постепенно уступает место националистическим настроениям.

Сразу несколько СМИ, в том числе агентства AP и BBC, сообщили о случаях насильственной депортации сирийских беженцев из Турции на родину. Так, AP рассказало историю сирийца Мустафы, который был задержан полицией во время работы на обувной фабрике и выдворен из страны. «Они (полицейские.— “Ъ” ) сказали мне: «Не возвращайся в Турцию, иди освобождай свою страну»»,— цитирует агентство Мустафу. Он родом из города Салькин провинции Идлиб (контролируется оппозиционными силами) и поэтому вернулся туда. BBC, в свою очередь, удалось поговорить с беженцем, который также был депортирован в провинцию Идлиб, но затем нелегально вернулся в Стамбул. «Когда я пересек границу и увидел турецкий флаг позади себя, я осознал, что ненавижу его, потому что это расистская страна»,— сказал он изданию.

“Ъ” связался с одним из сирийских беженцев в Стамбуле, и тот на условиях анонимности подтвердил информацию о депортациях. По его словам, эта тема широко обсуждается в иммигрантской среде, и среди депортированных есть его знакомые. Их вывезли в сирийский Африн, который контролируется турецкими войсками. Глава турецкого департамента по борьбе с нелегальной иммиграцией Рамазан Сечилмиш, которого цитирует AP, однако, отрицает, что власти практикуют насильственные депортации.

Турецкий политолог, профессор университета Сютчу Имам в городе Кахраманмараш Тогрул Исмаил в беседе с “Ъ” предположил: депортации подвергаются лишь те сирийцы, которые приехали в Турцию после окончания военных действий в их городах.

« Те, кто перешли в Турцию уже после того, как турецкая армия освободила эти территории (на севере Сирии.— “Ъ” ) и навела там порядок, естественно, будут возвращены в места постоянного проживания. Они по международным нормам не считаются беженцами»,— сказал господин Исмаил.

Он добавил: турецкое население раздражено тем, что сирийские беженцы соглашаются на втрое меньшую зарплату, создавая неблагоприятную ситуацию на рынке труда.

Как Стамбул перешел под контроль оппозиции

Директор Центра изучения новой Турции Юрий Мавашев, комментируя “Ъ” проблему сирийских беженцев, сделал далеко идущий вывод. «До 2016 года в Турции проводилась политика панисламизма. Правящая Партия справедливости и развития рассчитывала превратить беженцев в лояльный электорат. Но это была только одна линия. После кадровых перестановок в правительстве победила другая идея — турецкий национализм,— заявил эксперт.— Электорат готов на выборах отплатить за реализацию этой идеи, поэтому власти избавляются и будут избавляться от сирийских беженцев. И, разумеется, без определенных трений тут не обойдется».

Тема сирийцев была одной из первых, которую поднял новый мэр Стамбула Экрем Имамоглу после вступления в должность.

« Я уже говорил, что открывать двери для 3,5 млн беженцев одновременно неправильно. В Стамбуле речь идет о миллионе беженцев, почти 8% населения. Вы меняете демографию. Это вызывает социальное напряжение»,— говорил мэр Стамбула 29 июля в интервью турецкой редакции Deutsche Welle.

Политик также поддержал решение о выселении беженцев, зарегистрированных в других провинциях, упомянув, что власти страны обратили внимание на эту проблему благодаря ему. Официально в Стамбуле зарегистрировано около 550 тыс. сирийских беженцев, следовательно, выселению подлежат около полумиллиона человек.

Министр внутренних дел Турции Сулейман Сойлу, выступая во вторник вечером на телеканале Haberturk, сообщил, что крайний срок, когда сирийские беженцы, зарегистрированные в других провинциях, должны покинуть Стамбул, продлен до 30 октября. Ранее предполагалось, что этот процесс будет завершен уже 20 августа. Но к этой дате успеть было нереально.

О том, что тема возвращения беженцев в Сирию — одна из ключевых для турецких избирателей, говорят и социологические опросы. Так, согласно исследованию, которое провела в июле компания PIAR, 82,3% респондентов согласны с утверждением: «Все сирийцы должны быть возвращены на родину».

Может ли Турция решить проблему с беженцами?

В последние годы мировое сообщество перестало быть сторонним наблюдателем за ситуацией с мигрантами и ощутило на себе все последствия, которые повлек этот процесс, разросшийся до глобальных масштабов. Военные действия на территории Сирии и Афганистана стали причиной тотального бегства народонаселения, и первой страной, которая приняла удар на себя, стала Турецкая республика. Беженцы в Турции сегодня – не просто нуждающиеся в убежище люди, но еще и часть соглашения о вступлении страны в ЕС.

Получение статуса беженца: алгоритм действий

Стать постоянным жителем этой уникальной страны, которая стала своеобразным мостом между Европой и Азией, сегодня жаждут многие мигранты. Причин тому много:

  • высокий уровень жизни;
  • недорогие продукты питания и предметы первой необходимости;
  • комфортный климат;
  • благоприятные условия для ведения бизнеса.

Но получить статус резидента здесь на самом деле не так уж просто. Нельзя забывать, что речь идет о мусульманской стране, которая выдвигает довольно много требований к кандидатам на гражданство.

Как один из способов перебраться на турецкий берег многие сегодня выбирают беженство, что стало возможным после ратификации Турцией Женевской конвенции от 1951 года. Единственное, чего местное правительство так и не подписало, это дополняющий данный документ Протокол от 1967 года, который позволяет руководству государства предоставлять статус беженца и защиту тем лицам, которые являются гражданами стран, входящих в совет Европы.

Так, скажем, мигранты из РФ, к примеру, могут претендовать на убежище, а вот жители Туркменистана – нет; заявления от таких беженцев принимает Департамент Верховного Комиссара ООН.

Учитывая данное обстоятельство, пребывать на турецкой земле в качестве лица, ищущего убежища, данные иностранные граждане могут только то время, что понадобится для принятия решения по их запросу указанным выше ведомством. Более того, весь этот промежуток времени они носят статус лиц, находящихся под вторичной международной защитой: это подтверждает временный ВНЖ, в котором ставится пометка, что его владелец подал ходатайство о предоставлении убежища.

Все полномочия по урегулированию вопросов с мигрантами сегодня возложены на Миграционное управление по делам иностранных граждан, которое было создано в 2014 году.

Рассмотрение прошения от прибывших в Турцию беженцев в 2019 году проходит в несколько этапов:

  • Регистрационное интервью. По результатам данной беседы кандидат должен заполнить «Прошение о предоставлении защиты или убежища». Вместе с тем сотрудники службы формируют досье на каждого заявителя и снимают отпечатки пальцев у всех мигрантов, достигших совершеннолетия, делают фото и уточняют биометрические данные.
  • Выдача удостоверения личности. Данное событие в жизни беженца происходит через 15 суток после подачи заявления. В документе обязательно указывается, что его владелец не имеет права покидать город, где он подавал прошение. Каждые две недели такой иностранец обязан появляться в службе миграции и проходить дактилоскопический контроль (оставлять отпечаток пальца). При себе необходимо иметь удостоверение личности.
  • Далее заявитель получает временный вид на жительство и ожидает генерального интервью. Между подачей заявления и основной частью всего процесса может пройти не менее полугода. Временный ВНЖ уже позволяет покидать пределы города, но не разрешает выезжать за границу. Кроме того, его обладатель не может подавать прошение о выдаче ему визы в третье государство, устраиваться официально на работу. Зато он вполне может выполнять следующие действия:
    • открывать счет в банке;
    • поступать в учебные заведения;
    • оформлять страховку;
    • заключать договоры с соцслужбами.
  • Принятие решения по ходатайству. Результат рассмотрения запроса беженцу сообщат в письменной форме. Если ответ его не устраивает, существует возможность обжаловать вердикт в тот срок, который будет указан в самом уведомлении. Но для этого придется предоставить письменные подтверждения того, что вернуться в свою страну мигрант не может по причине угрозы его жизни. Если же статус беженца все же будет присвоен, заявитель получит постоянный ВНЖ.
  • Не стоит забывать, что вид на жительство в Турецкой республике, как и в большинстве других стран, подлежит пролонгации через определенные промежутки времени. Ответственность за это возложена на самого мигранта.

Подача прошения о предоставлении убежища предполагает подготовку определенного пакета бумаг, который должен включать:

  1. Заявление.
  2. Фото.
  3. Отпечатки пальцев.
  4. Национальный паспорт.
  5. Заграничный паспорт.
  6. Документы, свидетельствующие о том, что пребывание заявителя в стране его основного гражданства является невозможным в силу разных причин, угрожающих его жизни.

Все документы должны быть подготовлены на родном и на турецком языке. Что касается доказательств, то здесь пригодятся все печатные и электронные носители – вырезки из газет, письма с угрозами, видеосюжеты, электронные письма.

Есть ли сегодня беженцы в Турции

Предпосылки пребывания беженцев на турецкой территории имеют не только географический характер, но и политический. Выбор мигрантов пал именно на данную страну благодаря близости ее расположения к государствам, которые охвачены боевыми действиями.

Основная цель большинства мигрантов при этом – европейская часть континента. Само собой разумеется, что попасть сюда проще всего через Турцию и Грецию. Именно по этой причине Российская Федерация не является конечным пунктом назначения для сирийцев и афганцев.

Возвращение беженцев из России в Турцию обусловлено и российским законодательством, согласно которому продление ВНЖ беженцами на новый срок является сложной задачей.

Большая часть заявителей получает отказ, что вынуждает их попытать счастья в другой стране, которой снова-таки оказывается Турция.

Что касается политических оснований для размещения беженцев на турецкой территории, то данная программа была разработана в рамках соглашения между правительством Турции и Евросоюзом. Согласно документу, турецкая сторона взяла на себя обязательство разместить львиную долю мигрантов на своей территории, чтобы сократить их поток в Европу. Для реализации данного гуманитарного проекта ЕС в свою очередь пообещал выделить 3 миллиарда евро в течение 2016 и 2017 года. Данные средства направлены на обустройство лагерей для беженцев и содержание в них поселенцев, ищущих убежище. На сегодняшний день Турция получила почти 700 тысяч евро.

Одним из условий договоренностей двух правительств стало рассмотрение в Европарламенте вопроса о вступлении Турции в ЕС и о предоставлении безвиза ее жителям. Но пока никакого прогресса в данном аспекте со стороны европейского руководства не намечается. А это говорит лишь о том, что соглашение выполняется в одностороннем порядке.

Не менее важным остается вопрос, сколько беженцев в Турции на сегодня. Согласно последним данным, на текущий момент страна приняла практически 3 миллиона переселенцев. И это только официальные данные.

В то же время говорить об удовлетворении хотя бы минимального набора социальных потребностей беженцев пока не приходится. Выделяемых ЕС денег не хватает, а число мигрантов явно превышает то количество, на которое рассчитывали власти Турции.

Все это сегодня приводит к тому, что вынужденные мигранты обустраиваются уже за пределами лагерей. Правительство Турции угрожает Европе, что если та не выполнит взятых на себя обязательств, власти страны откроют границу и буквально «затопят» ее территорию беженцами.

Как будет решаться вопрос в дальнейшем, зависит от такого количества факторов, что строить какие-либо прогнозы не представляется возможным.

Жители Стамбула ненавидят и сирийцев, и палестинцев

«Антиарабские настроения здесь ощущаются везде. На меня смотрят с отвращением в автобусе. Почему они так себя ведут?!»

20-летняя Насрин Амира (имя вымышленное), начинающая художница, палестинка, переехала в Стамбул два года назад из Газы. Этот город казался ей «ключом к миру», мог расширить ее художественный кругозор. К тому же она думала, что тут о ней будут судить по таланту, а не по происхождению.

Однако в новом для Насрин доме, похоже, не все в порядке: турки быстро копят обиду на арабов. Недовольны они, в основном, сирийскими беженцами, обосновавшимися в Стамбуле, но враждебно в целом относятся ко всем арабам, следовательно, и к палестинцам тоже.

Насрин разочарована этим: «Друзья в Газе думают, что за ее пределами – легко и хорошо. Но жизнь и так приходится начинать с нуля, а вдобавок к этому – расизм, повсюду, причем такой, с каким я никогда не сталкивалась в Газе».

Действительно, турецкий народ сейчас сходится во мнении, что «самая большая угроза для Турции – это арабы». Причем, в этой стране существуют два совершенно отдельных источника антиарабских настроений. Первый исходит из неприятия туристов из стран Персидского залива – они богаты, смотрят свысока, ходят по магазинам и посещают знаменитую стамбульскую клинику, в которой делают пересадку волос. «Бедуины с мерседесами» — так их называют консервативно настроенные местные жители. А второй источник антиарабских настроений – группа, значительно более многочисленная, более бедная и политически легковоспламеняющаяся: беженцы из Сирии.

По данным ООН, в Турции находится сегодня больше всего беженцев в мире, в том числе — более 3.6 миллиона сирийцев. Официально только в Стамбуле живут около полумиллиона зарегистрированных сирийских беженцев, это 3.4 процента населения города. Что делает Стамбул одним из крупнейших «сирийских» городов в мире.

Так много – потому, что у Турции и Сирии есть общая граница, а еще есть договор, заключенный с ЕС, о приеме беженцев, оказавшихся на греческих островах, в обмен на значительные европейские выплаты. Этот процесс в Стамбуле создал напряженность в сфере услуг, добавив конкуренции за рабочие места – и это в то время, когда в Турции набирает обороты экономический кризис.

Собственно говоря, отношения между жителями Стамбула и сирийскими беженцами строились уже по известному сценарию: вначале их приветствовали, сочтя временными гостями; затем, уже на ранних этапах, возникла напряженность с рабочими местами, ведь беженцы заполонили все низкооплачиваемые работы: им не давали официальных разрешений на работу, а в результате работодатели, используя их хрупкий правовой статус, все же их принимали, но платили им намного меньше, чем туркам. Например, за раздачу рекламных проспектов беженец, работающих по двенадцать часов в день, получит чуть более ста долларов в месяц. Это менее трети от минимальной ежемесячной зарплаты в Турции, она составляет 354 доллара, но и ее не хватает, чтобы жить более или менее нормально…

Уровень безработицы в Турции сегодня достиг самой высокой отметки за последние десять лет -почти 15 процентов. Безработица среди молодежи – еще на 10 процентов выше, чем в среднем по стране. С 2017 года турецкая лира потеряла тридцать процентов своей стоимости по отношению к доллару США. А поскольку в последний год этот экономический кризис вошел в наиболее интенсивную фазу, многие турки обвинили в экономической нестабильности беженцев. В них видят конкурентов, лишивших их заработков. «Сирийцы крадут наши рабочие места» — стало своего рода зловещим, но сплачивающим лозунгом.

В условиях растущей напряженности, когда ситуация подогревается политиками-популистами, сирийцы — легко идентифицируемое меньшинство с неопределенным правовым статусом и отсутствием политического представительства — стали явной мишенью ксенофобской риторики и насилия. Сирийских беженцев обвиняют в том, что Стамбул перенаселен, что он стал городом насилия, что в нем грязно, что беженцы меняют характер города, «импортируя» сюда арабский язык и чуждую культуру.

Одна из моих собеседниц, Хаят, сказала мне, что избегает говорить по-арабски прилюдно, находясь за пределами большинства арабоязычных районов. А комментатор «ХаАрец» Мухаммед Шехада поведал печальную историю: в прошлом году один из успешных ресторанов Газы открыл филиал под названием «Аль-Табон» в Стамбуле, ориентированный на основной турецкий рынок, а не на арабских клиентов. В новое предприятие было вложено несколько сотен тысяч долларов. Но ресторан разорился, потому что турки не хотели ничего заказывать в «арабском ресторане».

Даже новый мэр Стамбула Экрем Имамоглу, одолевший сторонников Эрдогана и провозглашенный борцом за демократию и социальную интеграцию — и тот во время своей предвыборной кампании обещал, что сирийцы будут отправлены домой, в «безопасную Сирию». Подобные речи помогли ему одержать победу, например, в Фатихе – районе, в котором поселилось множество сирийских беженцев. Имамоглу опирался на общественное мнение: опрос, проведенный в 2017 году Стамбульским университетом Бильги, выявил, что 86 процентов жителей (исключая сирийцев) хотят, чтобы те вернулись домой после окончания гражданской войны на их родине.

«Мы отнюдь не станем расистской администрацией, но сложившаяся ситуация не может более продолжаться. Беженец должен быть изолирован в лагере, если это необходимо, или должен быть перевоспитан», — говорил Имамоглу.

Через несколько дней после этого заявления в стамбульском районе Кючукчекмедже кто-то распространил через WhatsApp ложный слух о том, будто сирийский беженец напал на турчанку. После чего местные жители затеяли массовую драку с сирийскими беженцами и стали громить их лавки. Конфликт выплеснулся и в социальные сети — между теми, кто выражал солидарность с жертвами, используя хештег «сирийцы не одиноки», и теми, кто призывал беженцев покинуть Турцию, под хештегом «Не хочу сирийцев в моей стране».

Как утверждает Догус Симсек, эксперт по миграции из Университета Коч, сирийские беженцы в Турции обычно воспринимаются как «преступники, нищие, грабители, эксплуататоры, проститутки, инструменты для политики — но не как отдельные лица».

Впрочем, ожидания, что беженцы рано или поздно- покинут Турцию, могут не оправдаться. Сирийцы, которые уже много лет живут в Стамбуле, глубоко укоренились тут. Они вкладывают средства в малый бизнес, их дети учатся в местных школах, в их семьях в Турции родилось за это время около 350 тысяч малышей.

Антиарабские настроения — не новое явление для Турции. Они начинаются еще в школе, где в учебниках сообщается турецким детям, что арабы предали турок во время Первой мировой войны.

Для палестинцев Стамбул был долгое время своего рода маяком, ориентиром для тех, кто отчаянно хочет вырваться за пределы сектора Газа. И благодаря относительно простой возможности получить туристическую визу, и из-за пропалестинской репутации, и потому, что жители Газы мечтают оттуда переехать в Европу. Лишь некоторые палестинцы замечают весьма успешную двухуровневую стратегию турецкого президента: громко, во всеуслышание, критиковать Израиль за его отношение к палестинцам, и в то же время стараться не нарушать интенсивных экономических связей между Израилем и Турцией.

Насрин выучила турецкий язык, но и это не помогает. Она обеспокоена тем, что антисирийские настроения могут усиливаться. «Я сказала своей семье: даже не думайте о том, чтобы приехать сюда! Я не хочу, чтобы на вас косо смотрели. Стамбул должен быть в этом плане самым последним вариантом».

Эстер Соломон, «ХаАрец». М.К. К.В. Фото: Umit Bektas, Reuters

Переселение народов. Эрдоган хочет вернуть миллионы беженцев из Турции на север Сирии

После начала операции «Источник мира» Турция создала на севере Сирии так называемую зону безопасности. По словам президента страны Тайипа Эрдогана, на эту территорию будут возвращены от 1 млн до 2 млн сирийских беженцев, которые сейчас проживают в Турции. О том, возможно ли такое переселение и что оно означает для региона, — читайте в нашем материале.

Братья едут домой

За восемь лет гражданской войны Сирию покинуло около 5,6 млн беженцев. По данным ООН, большинство из них — 3,6 млн человек — оказались в соседней Турции. Власти этой страны называли переселенцев не иначе как «братьями», оказавшимися в трудной жизненной ситуации. Для них строили лагеря и центры временного содержания. Деньги на это Анкаре выделяли в ЕС.

Однако в последние месяцы турецкий лидер Тайип Эрдоган обещает переселить около 1 млн сирийских беженцев из Турции обратно на родину. А если точнее, то на север Сирии, в буферную зону между городами Рас-эль-Айн (Серекание) и Телль-Абъяд (Гире-Спи). Получить контроль над этими территориями Анкаре удалось благодаря начатой в октябре операции «Источник мира».

О своих планах Эрдоган вновь говорил на прошедшем в Женеве Глобальном форуме по беженцам.

«Мы начали операцию «Источник мира» и расчистили территорию глубиной 14 км. Мы хотим, чтобы этот район оставался безопасным», — сказал он. «Давайте раз и навсегда очистим эту территорию от присутствия террористов, давайте объявим эту зону безопасной и осуществим проекты жилищного строительства и переселения. Давайте построим там больницы и школы, пусть беженцы к себе вернутся мирно в достойных условиях», — отметил Эрдоган.

Планы турецкого президента не раз критиковали правозащитники. Они обвиняли Эрдогана в насильном выдворении беженцев в зону боевых действий. Как показывают результаты проведенного недавно опроса, 40% проживающих в Турции сирийцев не готовы вернуться на родину ни при каких обстоятельствах.

Комментируя по просьбе журналистов инициативу Анкары, верховный комиссар ООН по делам беженцев Филиппо Гранди подчеркнул, что «возвращение должно быть добровольным».

«Зона безопасности»

До начала операции «Источник мира» территорию вдоль турецкой границы на севере Сирии контролировали «Силы народной самообороны» (курдские формирования). Регион являлся частью неофициального курдского образования Рожава и получал помощь от США. Именно курды внесли наибольший вклад в разгром запрещенного в РФ «Исламского государства» на земле. При этом они находились в оппозиции режиму Башара Асада и фактически организовали независимую от Дамаска республику.

После того как регион покинули американские военные, Турция объявила о проведении операции «Источник мира». Анкара давно выражала беспокойство из-за появления неподконтрольной курдской территории у своих южных границ. В Турции курдские отряды считают террористами и ответвлениями РПК (Рабочей партии Курдистана). В частности, турецкая сторона опасалась, что бойцы Рожавы будут помогать курдским сепаратистам уже в самой Турции. Благодаря военному вмешательству туркам удалось оттеснить «Силы народной самообороны» от своих границ и создать в регионе «зону безопасности».

NYT: Сирийские беженцы в Турции ждут в подвешенном состоянии

Недавний сдвиг Турции в политике и отношении к сирийцам стал болезненным шоком, пишет Карлотта Галл в The New York Times.

Автор указывает, что турецкие власти за последние несколько месяцев активно взялись за сирийских беженцев в стране, прежде всего в Стамбуле, где проживает по меньшей мере 500 тыс. сирийцев.

Беженцы вынуждены переезжать в свою родную провинцию по регистрации, где возможности трудоустройства невелики, а расизм свирепствует на фоне участившихся сообщений о том, что сирийцы возвращаются на свою истерзанную войной родину.

После приветствия беженцев в течение восьми лет президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган настаивает на радикальном решении, включающем переселение беженцев в регион Северной Сирии, контролируемый Соединёнными Штатами и их курдскими союзниками, говорится в статье.

Требование Турции о создании буферной зоны вдоль границы Турции с Сирией для сдерживания курдских сил, представляющих угрозу безопасности, было переиграно, пишет Галл, как возможное убежище для сирийцев, спасающихся от войны.

Анкара даже заявила, что введёт в действие свой собственный план операции, если турецкие войска не будут контролировать предполагаемую зону на северо-востоке Сирии в течение нескольких недель, в дополнение к угрозе «открыть ворота» для большого количества беженцев, желающих отправиться в Европу, как делали многие из них до заключения миграционной сделки.

Галл напоминает, что Турция и ЕС в 2016 году договорились о сделке, целью которой было сократить приток сирийских беженцев, прибывающих в Грецию. Согласно сделке, ЕС пообещал выделить шесть млрд евро в качестве помощи Турции для помощи мигрантам.

Долгое время считавшийся показателем в отношении сирийских беженцев, сейчас более жёсткая позиция турецкого президента следует за самым большим поражением правящей Партии справедливости и развития (ПСР) на мартовских местных выборах за 17 лет её пребывания у власти.

Мохан Габаш, активист, работающий в неправительственной организации в южном городе Газиантеп, недалеко от сирийской границы, сказал журналистке, что новая политика является «катастрофой для сирийского народа».

Сирийским рабочим было предложено получить разрешение на работу и оплатить социальное обеспечение, что фактически невозможно, по его словам.

«С заводов нас увольняют, потому что у нас нет разрешений на работу», — указал Ахмед Аталай, которому 24 года. Молодой человек уехал из Стамбула, но после месяца поисков работы на юге Турции махнул рукой на жизнь в стране.

Что касается безопасной зоны, многие сирийские беженцы выступают против любой турецкой военной экспансии в Сирию, говорится в статье. Однако для многих других Турция остаётся их лучшим союзником с контролируемой ей безопасной зоной, заключает автор.

Цунами беженцев: как перед ним устоять Анкаре? судьбы и политика

Икрам Нур, автор haqqin.az 26 октября 2019, 20:24

Анкара нацелена на постепенную репатриацию в зону безопасности в Сирии двух миллионов сирийских беженцев, но пока это только планы.

При этом турецкие власти заявляют, что в последние годы в Сирию на добровольной основе уже уехали около 365 000 беженцев, общее количество которых на территории Турции составляет 3 миллиона шестьсот тысяч человек.

Беженцы из Сирии, а конкретнее те из них, которых приютила Анкара — тема, которая не слишком привлекала внимание масс-медиа все восемь лет гражданской войны в этой стране. «Да, есть там что-то такое, — скажут вам эксперты, — но ничего особо конкретного». А между тем «цунами беженцев», обрушившееся на Турцию, является одним из приводных ремней сирийского конфликта. Во всяком случае именно этот фактор многое объясняет в политике Анкары, которую в последнее время хорошим тоном стало безоглядно критиковать, чего бы она ни касалась.

Так и в случае с беженцами — уже несколько дней как опубликован отчет Amnesty International, полный трагических подробностей о насильственной репатриации сирийцев из Турции, прямо в пекло, заживо и вместе с семьями.

О намеренной дезинформации, содержащийся в документе этой организации — чуть позже. Пока же — немного о другом. Неоднократно уже доводилось писать, что обыватель на Западе, а именно он является потребителем конечного продукта масс-медиа — гуманен до сентиментальности и жалостливости ко всем «униженным и угнетенным». При одном условии — когда это не касается его кошелька и комфорта. Нет, он, конечно, готов пожертвовать пару евро на беженцев и пострадавших, этого не отнять, социальная отзывчивость в Европе и США достаточно высока. Но только если это не становится долговременной проблемой.

А сирийские беженцы — это именно долговременная проблема, требующая постоянных финансовых и социальных затрат, да еще и создающая проблемы общественного комфорта.

В Евросоюзе любят напоминать о том, что на беженцев выделили Анкаре аж шесть миллиардов евро. И уже то ли три с половиной, то ли четыре, цифры плавают — перечислили. Вот только эта сумма несколько, мягко скажем, не соответствует масштабам того, с чем пришлось столкнуться Турции после начала сирийского конфликта. Три миллиона шестьсот тысяч человек. В несколько волн — и не задержишь на границе, не развернешь назад, поскольку сделать так — это отправить людей на верную смерть.

А ведь за сухими цифрами стоят не просто человеческие судьбы, не просто люди, в одночасье потерявшие все. Это еще и вопросы медицинского обеспечения, жилого фонда, образования для детей, питьевой воды, топлива в зимний период, канализации, в конце концов. Огромная нагрузка, которая не решается созданием лагерей беженцев, какие комфортабельные бы условия там ни были. Поскольку в любой, подчеркиваю — любой связанной с беженцами ситуации есть еще и масса подводных камней. И об этом стоит несколько поподробнее.

Вообще за последние примерно десять лет в Турцию с разной степенью легальности въехали примерно семь миллионов человек — не только сирийцы, но и выходцы из Центральной Азии, афганцы, россияне, украинцы. В каждом случае не слишком вроде и много, а в общем итоге набралось около трех миллионов человек. Но поскольку перемещение на турецкую территорию происходило постепенно — сопутствующие этому потоку негативные моменты вполне удавалось смягчать и купировать. Да, прибавилось работы полиции и муниципальным служащим — но все же не столь масштабно, турецкие власти уже начали отрабатывать модель работы с этими людскими потоками, причем — с учетом национальной специфики прибывающего контингента.

А потом хлынула размером с цунами волна из Сирии. Масштаб которой превзошел все ожидания, а главное — выявил проблемы, которые раньше власти и эксперты рассматривали лишь теоретически. Тут нужно отметить, что своеобразная селекция беженцев из Сирии произошла еще на первом этапе гражданской войны. Люди сравнительно состоятельные, экономически активные — сумели вовремя просчитать ситуацию и понять, что вот это все — всерьез и надолго, поэтому нужно уезжать уже сейчас. А поскольку средства им позволяли — то они и уезжали основательно: с выводом активов, с подготовкой места переселения — жилье, работа, места для обучения детей, перспективы на получения гражданства в той же Турции или одной из европейских стран.

Те, кто пересекли турецкую границу уже позже, были людьми совсем «другого качества», простите, другого определения найти не сумел. В большинстве своем — подчеркну, в большинстве, поскольку случаи были и есть разные — они потеряли все, в том числе и сбережения, немногие из них имели образование и специальности, позволявшие им сохранить конкурентоспособность на рынке труда в другой стране. Опять же «в большинстве» своем это были выходцы из деревень и небольших городов, мало чем от деревень отличающихся. С соответствующим менталитетом и традициями, которые не слишком-то гармонировали с турецкими.

Без всякого стремления как-то принизить или кого-то оскорбить — простая констатация факта: уровень жизни в Турции во всех сферах был выше, чем в Сирии. А потому лишь немногие из беженцев — по неофициальным данным, примерно 8-10% от общего числа — согласились осесть в отведенных для них лагерях, замечу — достаточно комфортно обустроенных, это близко не лагеря афганских беженцев в Пакистане 80-х и не лагеря палестинцев.

Остальные, осмотревшись, решили поискать «лучшей доли», тот же Стамбул в их представлении — «город хлебный», равно как Газиантеп, тот же Кахраманмараш, да и многие другие места в Турции. Пусть небольшое, но стабильно выдаваемое лично или приходящее на карту пособие, бесплатное образование и медицинская помощь — то, что турецкие власти не могут даже в полном объеме обеспечить своим гражданам. Но!

Нужно быть честным — те из беженцев, кто стремится изменить свою жизнь к лучшему и хоть как-то связать его, это будущее, с Турцией — с максимальной эффективностью использовали и используют те возможности, которые предоставила им Анкара. Но таких меньшинство. Остальные предпочитают копить недовольство в отношении приютившей их страны — «могли бы дать нам и больше, они богатые». Мечтать о том, что вот-вот каким-нибудь путем переберутся в Европу — шансы на это минимальны, но жить иллюзиями об этом так приятно, а потому не нужно учить хотя бы минимум турецкого языка, отдавать детей в школу, лучше уж на улицы, попрошайничать в том же Стамбуле.

И не только попрошайничать. Официальные власти говорят об этом крайне неохотно, но все же не составляет большого труда сделать вывод о том, что именно сирийские беженцы дали заметный прирост уличной преступности и расширили социальную базу криминальных видов бизнеса. Плюс — нарастающее напряжение в отношениях с местным населением, замкнутое проживание закрытыми от посторонних глаз анклавами, «очень странное», — как признался мне один из турецких друзей, — «исповедование ислама» и многое другое. Словом, для ксенофобии с той и другой стороны благодатная почва, питательнейший бульон для болезненных социальных вирусов.

Но несмотря на это, ни о какой массовой депортации, о которой сейчас говорят в масс-медиа, речи не идет. И планов таких у Анкары нет. Как бы ни пытались извратить сказанное вчера Эрдоганом. Который на вопрос о будущем заселении «зоны безопасности» в Сирии ответил: «Наиболее подходящими для этого района являются арабы. Эти районы не подходят для жизни курдам. потому что это преимущественно пустынные районы».

Заявление турецкого президента к планам репатриировать два миллиона проживающих в Турции беженцев не имеет отношения. И собранные Amnesty International «достоверные факты насильственной депортации» — это про другое. Мухи — отдельно, котлеты- отдельно, если уж на то пошло.

Свою модель работы с сирийскими беженцами Анкара совершенствует. А основой любой реформы является «контроль и учет». Поэтому сирийские беженцы, согласно последним циркулярам, должны до 30 октября вернуться в провинции, в которых они были впервые зарегистрированы по прибытии в страну, чтобы пройти повторную регистрацию. Поскольку распоряжение об этом состоялось еще в начале лета нынешнего года, многие это сделали и вернулись туда, где осели, в тот же Стамбул. Но многих приходится вылавливать полиции и отправлять к месту регистрации принудительно.

А ведь немало среди сирийских беженцев и таких, у кого в планы встреча с полицией никак не входит, слишком уж неприятные вопросы к ним накопились. Но если ладить с законом они не умеют — то вот «ездить по ушам», простите уж за вульгаризм, всевозможным правозащитникам научились просто виртуозно. Те верят. И щедро делятся «ужасами насильственной депортации» с журналистами. Обрушившееся на Турцию цунами сирийских беженцев принесло ведь не только исковерканные людские судьбы. Но и грязную пену…

Сирийские беженцы в Турции ждут помощи

Скопировать линк для интеграции видео

Трехметровая стена на сирийско-турецкой границе нависает над турецким городом Рейханлы. Это напоминание о войне, продолжающейся по ту сторону сооружения. Это символ трудностей, с которыми сталкиваются люди, живущие в приграничных районах, и местные власти — им наряду с решением своих проблем приходится заботиться и о беженцах.

В Рейханлы — крупная сирийская община. Мы встретились с Хуссамом в медицинском центре, где он помогает раненым соотечественникам. Три года назад он сам приехал сюда после ампутации ног.

Хуссам Зинно, сирийский беженец: «Мы вышли на акцию против режима. Это было в пятницу. Я был со своими друзьями. Мы попали под обстрел, возможно, танковый или минометный. Я сразу лишился ног».

За шесть лет после обстрела Хуссаму удалось добиться удивительного восстановления. Сначала он обзавелся искусственными конечностями в Дамаске. Затем, после переезда в Турцию, прошел специальный курс в центре, управляемом Национальным сирийским проектом протезирования конечностей.

Хуссам Зинно: «Я начал тренировки два года назад. Сначала это было очень сложно. Постепенно становилось легче, я чувствовал, что мне нужно ходить, как обычные люди. Мне удалось это сделать, и стало легко».

С 2017 года клиника финансируется Департаментом гуманитарной помощи ЕС в партнерстве с Relief International. Цель состоит в том, чтобы улучшить доступ к специализированным медицинским услугам для пострадавших от конфликта сирийских беженцев. Центр был открыт 5 лет назад врачами из сирийской диаспоры и по-прежнему управляется сирийцами.

Раед Алмасри, менеджер центра НСППК: «Те, кто начинал этот проект, — представители разных слоев общества. Я — учитель математики. Двенадцать сотрудников получили возможность пройти трехлетнее обучение в Анкаре, они стали специалистами по протезам конечностей. Мы уже произвели шесть с половиной тысяч различных протезов».

Потребности в протезах высоки, однако точная статистика отсутствует. Говорит региональный директор Relief International: «В Турции мы не знаем, каковы масштабы физической реабилитации этих людей. Было проведено одно исследование среди беженцев в Иордании и в Ливане, которое показало, что в 60 процентах опрошенных семей есть люди с физическими недостатками. Поэтому, если перенести эти пропорции на три с половиной миллиона беженцев в Турции, можно представить, что потребности довольно велики. Зачастую это невидимые и скрытые проблемы».

Почти половина сирийских беженцев, которые поселились в Турции, живут сегодня в юго-восточных провинциях, граничащих с Сирией. В провинции Хатай, где находится Рейханлы, 27% населения составляют сирийцы, в среднем по стране — 4%.

Мы отправились в столицу провинции Антакья, чтобы узнать, как Евросоюз сотрудничает с местным правительством в оказании помощи беженцам.

Mоника Пинна, Euronews: «Матиас. Каково влияние сирийского конфликта на турецкую систему здравоохранения?»

Матиас Еик, представитель ЕС по гуманитарной помощи: «Турецкая система здравоохранения оказывает базовую медицинскую помощь беженцам, но очевидно, что они тяжело травмированы как психологически, так и физически. Поэтому свое финансирование ЕС может направить на поддержку специалистов, которые пытаются помочь этим беженцам с очень специфическими медицинскими потребностями».

Euronews: «Какова долгосрочная цель?»

Матиас Еик: «Хорошо, что некоторые из центров, которые мы финансировали ранее, нашли альтернативное финансирование через частных доноров. Мы надеемся, что однажды эти специализированные центры также будут интегрированы в турецкую систему здравоохранения, потому что этот уход за людьми будет продолжаться еще многие годы».

Сирийская война оставила целому поколению инвалидность и травмы. Психологическое восстановление, физическая реабилитация и протезирование, требующие дорогого и долгосрочного ухода, дают тысячам беженцев возможность начать новую жизнь. Но многие все еще ждут этой помощи.

Ссылка на основную публикацию